Бесполезные гости Почему китайские туристы не помогут российской экономике: Мнения: Путешествия.

Бесполезные гости Почему китайские туристы не помогут российской экономике

В 2015-2016 годах резко увеличилось количество китайских туристов, приезжающих в нашу страну. На фоне обвала рубля и растущего уровня жизни в Китае можно было бы ожидать, что туристический бум благоприятно скажется на российской экономике. Однако факты и оценки специалистов, знающих ситуацию изнутри, показывают, что без активного вмешательства государства в данную сферу большая часть доходов от приема китайских путешественников будет отправляться обратно в Поднебесную. Корреспондент «Ленты.ру» Ян Шанский разбирался с подробностями.

Год еще не закончился, но уже сейчас ясно, что объемы китайского въездного туризма в нашу страну побьют очередной рекорд. Сколько их на самом деле, как и в случае с китайскими мигрантами, точно сказать не может никто. Статистика ФМС, Ростуризма, Росстата и отраслевых организаций разнится, но и без четких цифр понятно, что их стало намного больше. Считается, что за 2015 год количество приезжающих к нам китайцев увеличилось в два раза. Относительно надежны данные ассоциации «Мир без границ», учитывающей число туристов, приезжающих в составе групп: только за первое полугодие 2016 года их насчитали 230 тысяч человек — на 47 процентов больше, чем годом ранее. Для сравнения: в докризисном 2010 году общее количество туристов за год было намного меньше — всего 158 тысяч человек.

Потенциал этого турпотока огромен. Население Китая многочисленно, платежеспособность приезжих китайцев с учетом российских цен сомнений не вызывает. Однако профессионалы, занятые в сфере приема туристов из Поднебесной, далеки от оптимизма. Виной тому прежде всего неготовность нашего рынка: в первую очередь — состояние инфраструктуры гостеприимства и отсутствие соответствующего законодательства. Существующие тенденции таковы, что основные доходы от обслуживания китайских туристов в России находятся в руках китайского бизнеса, а позитивный эффект для российской экономики сильно ограничен.

Кто и как приезжает

Среди китайских туристов существует определенная региональная специализация. Жители приграничных провинций, как правило, ездят в соседние регионы России: Приморье, Приамурье, Забайкалье. Чаще всего это двух-трехдневные шоп-туры. О том, насколько «привлекательно» для китайских туристов наше приграничье, может свидетельствовать такой факт: из 5,5 миллионов китайских туристов, посетивших в 2015 году приграничный город Маньчжурию, разыгрывающий для своих соотечественников «карту русской экзотики» (посреди степи даже построили копию собора Василия Блаженного и самую большую в мире матрешку), только 0,51 процента путешественников пересекли границу, чтобы побывать в Забайкальском крае.

Гости из центральных и южных районов Китая едут в основном в Москву и Питер. Оба города посещаются в рамках одного группового тура, рассчитанного на семь-девять дней. Именно групповой туризм является основой рынка. Это объясняется тем, что только в составе туристической группы в Россию можно въехать без визы, и тем, что китайцы попросту боятся ездить в нашу страну самостоятельно и без переводчика. К тому же за Россией закрепился имидж страны для небогатого среднего класса, которому веселее и как-то привычнее ездить коллективом. Индивидуальные VIP-туристы и хипстеры, путешествующие с путеводителем, конечно, тоже есть, но в общей массе ими можно пренебречь.

Программа тура стандартна и соответствует вкусам и представлениям китайских туристов. В Санкт-Петербурге «гвоздем программы» является Эрмитаж, причем китайцы ценят его не за коллекцию искусства, а за дворцовые интерьеры. В Москве — Кремль. Попытки гидов затащить китайцев, например, в Третьяковскую галерею, как правило, безуспешны: китайцы просто не понимают, что там смотреть. «Золотое кольцо», о туристическом потенциале которого любят рассуждать региональные власти, тоже не имеет особых перспектив. Без специальных знаний по истории и искусству древней Руси многочисленные храмы и монастыри китайцам кажутся совершенно одинаковыми и, положа руку на сердце, не очень интересными.

Многочисленные храмы и монастыри китайцам кажутся совершенно одинаковыми

Многочисленные храмы и монастыри китайцам кажутся совершенно одинаковыми

Фото: Павел Головкин / ТАСС

Всей работой по отправке и приему туристов занимаются китайские турфирмы. Именно они продают путевки в Китае, они же занимаются расселением, подбором мест питания и транспорта. Вся работа на местах ложится на живущих в России представителей китайских турфирм, зачастую не имеющих какого-либо официального статуса. В Москве гидами работают китайские граждане, иногда даже не владеющие русским языком. В Санкт-Петербурге китайцы вынуждены нанимать российских переводчиков, имеющих лицензию на работу в Эрмитаже, однако это скорее счастливое исключение. Повсеместно в регионах китайские турфирмы и гиды собирают практически весь «урожай» с тургруппы.

Российские турфирмы в этой схеме нужны лишь для того, чтобы выдавать приглашения, без которых безвизовый въезд группы невозможен. Фактически же от обслуживания китайского турпотока они самоустранились. Понимая бесперспективность конкуренции с китайскими туроператорами в массовом сегменте, отдельные российские фирмы пытаются развивать «штучный» VIP-сегмент.

Где и как тратят деньги туристы

Большая часть трат на путешествие в Россию китайскому туристу предстоит еще в Китае. При покупке путевки оплачивается сразу дорога, проживание и питание, причем практически по себестоимости. Средняя стоимость путевки на 7-9 дней составляет 5-8 тысяч юаней (50-80 тысяч рублей сейчас, 25-40 тысяч рублей по «докризисному» курсу). Турфирма может позволить себе подобный демпинг, так как основные доходы она получает с туриста во время путешествия.

Как правило, питание и проживание осуществляется в бюджетном сегменте. Например, в Питере уже в этом году российские туристы столкнулись с проблемой нехватки гостиниц экономкласса, так как именно в них, а не в пятизвездочных отелях проживали китайские группы. Бронь осуществляется на год вперед, что позволяет получать большие скидки, тем более что почти все рестораны и некоторые гостиницы, даже оформленные на российские юридические лица, на самом деле принадлежат китайскому капиталу.

Попасть в специализированные магазины для китайских туристов человеку с улицы практически невозможно

Попасть в специализированные магазины для китайских туристов человеку с улицы практически невозможно

Фото: Андрей Махонин / ТАСС

В Россию турист едет без наличных. Для Китая, где даже банковские карты уже являются анахронизмом, а большая часть покупок делается с помощью QR-кодов в популярной социальной сети We Chat, везти с собой юани или валюту кажется чем-то невообразимым. В результате почти все покупки осуществляются по картам. Все специализированные магазины, куда возят китайские группы, оборудованы пос-терминалами платежной системы «Юнионпэй».

Эти магазины оформляются легально, но попасть туда со стороны невозможно. Охранник на входе вежливо попросит вас выйти, сославшись на технический перерыв или спецобслуживание. Главная статья доходов — продажа ювелирных изделий. Наценка на золотые изделия в таких магазинах составляет до тысячи процентов. Самый доходный бизнес — продажа поддельного янтаря. Своего янтаря в Китае нет, поэтому разбираться в нем некому. Кусок пластмассы, выдаваемый гидом за янтарь, может стоить до 200 тысяч рублей. Подобные покупки все же редкость: в основном спросом пользуются простенькие поделки из «янтаря» и недорогие золотые украшения — кулоны, цепочки, кольца. Часто покупается несколько экземпляров одного и того же изделия. Объясняется это очень просто: турист покупает не себе, а для подарков (жене, любовнице, родственникам, коллегам). Изделия из драгоценных металлов и с драгоценными камнями китайским туристам неинтересны.

Выручка таких магазинов составляет до 4-5 миллионов рублей в день. Конкуренции со стороны они не боятся, так как все перемещения китайских тургрупп контролируются оператором, и шансы на то, что турист купит что-то вне этих магазинов, минимальны. Стоит ли говорить, что все они так или иначе контролируются китайским бизнесом. Попасть в эту сферу, не будучи с ним связанным или не имея партнерских отношений, невозможно, какой бы хороший магазин с какими бы ценами ты ни открыл. Гиды просто не будут водить туда туристов.

Доход от этих специализированных магазинов составляет главный интерес китайских турфирм. Они забирают 30 процентов прибыли от той суммы, которую потратили поставленные ими группы. Еще 30 процентов забирает непосредственно китайский гид. Оставшаяся сумма за вычетом издержек на аренду помещения, ЖКХ, зарплату русским продавцам и выплаты различным партнерам остается у китайского бизнесмена, который контролирует магазин.

О чем не принято говорить

Одна из главных проблем, с которой сталкивается русская администрация магазина для китайских туристов, — постоянная нехватка наличных. Как уже было сказано, расплачиваются туристы картами, а «откаты» каждый день турфирме и гиду нужно платить наличными. С 1 января 2017 года российские банки под предлогом борьбы с финансированием терроризма получат возможность блокировать операции по обналичиванию. Один из экспертов считает, что это заставит бизнес уйти еще глубже в тень. Магазины будут вынуждены нелегально устанавливать у себя терминалы китайских банков или обналичивать прибыль в так называемых «народных банках» на китайских рынках (например, в Москве это «Садовод»). Представитель этого «банка», получив уведомление о переводе денег на его счет в Китае, будет выдавать клиенту нужную сумму в рублях. В этом случае наиболее прибыльные транзакции, связанные с обслуживанием китайских туристов, окончательно выйдут из-под контроля российских органов.

Туристов обслуживают представители китайских турфирм, не имеющие какого-либо статуса в России

Туристов обслуживают представители китайских турфирм, не имеющие какого-либо статуса в России

Фото: Сергей Бобылев / ТАСС

Другой источник значимых доходов — подпольный игорный бизнес. Единственное легальное казино, ориентированное на туристов из Китая, функционирует под Владивостоком и принадлежит гонконгскому магнату Лоренсу Хо. Итоги первого года работы казино следует считать успешными: посетители из числа китайцев есть, и доход они приносят. Однако принято считать, что прибыль подпольного игорного бизнеса в российских столицах значительно больше. Этот бизнес изначально криминален, и китайские турфирмы предпочитают в него не лезть. Поэтому больше всего прибыли от китайских туристов в России имеет как раз теневой бизнес: казино, стриптиз, подпольные бордели.

Китайские посредники получают небольшой доход от туриста в виде «отката», но большая часть прибыли остается в руках русских владельцев заведений. Как сообщают с мест, расценки для китайских туристов действуют стандартные. Китайский клиент — дисциплинированный и беспроблемный, но щедрым его назвать нельзя. Гулять до утра с цыганами и медведями — это не про прижимистый китайский средний класс.

Кстати, питейные заведения туристического бума вообще не заметили. Во-первых, китайцы боятся в них ходить из-за проблем с безопасностью. Во-вторых, формат западных баров им вообще непонятен. Привычные для них К-TV (караоке в отдельных кабинках) и консумации уже появляются, но они изначально контролируются китайским бизнесом или его русскими партнерами. Например, во Владивостоке появился бар «Пуцзин» («Путин-бар»). Формально в его названии использованы другие иероглифы, но развешанные по всему заведению портреты национального лидера на фоне березок и красавиц в кокошниках весьма красноречивы.

Китайский турист, побывав в Кремле, Эрмитаже и на стриптизе, считает свою миссию завершенной

Китайский турист, побывав в Кремле, Эрмитаже и на стриптизе, считает свою миссию завершенной

Фото: Александр Петросян / «Коммерсантъ»

Среднестатистический китайский турист, побывав в Кремле, Эрмитаже и на стриптизе, купив набор золотых цепочек и поддельного янтаря, считает свою миссию завершенной. Психологически важным барьером считается сумма в 10 тысяч юаней, в которую туристы стараются уместить все свое путешествие (включая цену путевки). Так как большая часть денег тратится в специализированных магазинах, на долю случайных покупок в городе (например, сувениров с лотков или шоколадок в супермаркетах) остается совсем немного — та мелочь, которую воротилы этого бизнеса могут себе позволить не замечать.

Что будет и что нам делать

Сейчас российские компании зарабатывают только на билетах, отдавая основную добавочную стоимость китайцам. Конечно, мы получаем новые рабочие места, налоги от деятельности легальных гостиниц, ресторанов и магазинов, заказы на производство ювелирных изделий и сувениров. Имеется и мультипликативный эффект, так как те же сотрудники китайских компаний, проживая в России, тратят здесь свои зарплаты. Однако российская сторона не контролирует обслуживание турпотока и практически лишена возможности на него влиять.

Динамика же процессов на рынке такова, что китайский бизнес захватывает все большие ресурсы, в том числе используя классические схемы рейдерских захватов с привлечением российских ОПГ и коррумпированных чиновников. Зачастую китайцы договариваются с русским партнером, который выстраивает предприятие (например, тот же магазин) с нуля, после чего его «кидают» либо разоряют, открыв по соседству такой же магазин и пуская весь поток туристов туда.

Ситуация не изменится без регулирования отрасли. Организационный хаос выгоден только китайским турфирмам и тем, кто может извлечь некую ренту из сговора с ними. Для того чтобы этот хаос упорядочить, необходим закон, регулирующий прием иностранных туристов. В частности, в нем должна быть прописана норма, что гидами могут работать только российские граждане. Крайне желательно создать механизм, позволяющий им быть независимыми от китайского туроператора — это позволит увеличить долю доходов от приема китайских туристов, остающуюся в нашей стране. И это касается только экономического аспекта, хотя есть еще не менее важный культурологический аспект, который заслуживает отдельного внимания.

Организационный хаос выгоден только китайским турфирмам и тем, кто может извлечь некую выгоду из сговора с ними

Организационный хаос выгоден только китайским турфирмам и тем, кто может извлечь некую выгоду из сговора с ними

Фото: Юрий Смитюк / ТАСС

По примеру многих европейских стран должна быть создана туристическая полиция. Если раньше подобным механизмом можно было пренебречь, особенно учитывая риски ее превращения в очередную коррумпированную паразитирующую структуру, то сейчас, учитывая возросшие объемы турпотока и прибыли, которые фактически утекают из страны, и эта мера выглядит совершенно оправданной.

В конце концов, нужна либерализация экономических законов и поддержка малого и среднего бизнеса, что позволило бы создать собственную, независимую от китайского капитала инфраструктуру гостеприимства, которая смогла бы стать альтернативой для иностранного турпотока.

«Китаизация» пространства, которой весьма успешно занимаются в Санкт-Петербурге, и усиленная подготовка гидов-переводчиков — меры, безусловно, правильные и важные, но, к сожалению, они практически не дополняются продвижением туристических брендов и образа России в самом Китае. Нынешний туристический бум стал следствием не целенаправленных действий российских властей, а выгодной рыночной конъюнктуры. Если положение дел останется таковым и дальше, есть реальная опасность, что и те выгоды, которые сулит России нынешний туристический бум, пройдут мимо.

«Магазины сильно просели по выручке»: как живёт российский туризм без китайцев

До пандемии в РФ въезжали порядка 1,5 млн китайских туристов. Такие данные озвучил президент Российского союза туриндустрии (РСТ) Андрей Игнатьев. Ассоциация туризма в России «Мир без границ» оценивает этот показатель в 1,2 млн в 2019 году, что на 12% больше, чем годом ранее. Наиболее популярные у гостей из КНР российские регионы — Москва, Санкт-Петербург, Приморский край, Амурская область и Забайкальский край, причём рост потока китайских туристов в обе столицы в 2019 году составил 23%.

В первом полугодии 2020-го в Россию прибыло только 47,6 тыс. китайских путешественников — страна потеряла 92% турпотока из КНР. Эффект от закрытых границ и, как следствие, отсутствия только этой категории туристов РСТ оценивает в $1,5 млрд.

Некоторые регионы ощутили резкий спад турпотока из Китая сильнее прочих, в их числе — Мурманская область. Активнее всего путешественники из КНР приезжали туда с ноября по март, они составляли до 90% всех гостей. Основная цель поездки — увидеть северное сияние, с которым в Китае связаны различные поверья.

«Китайских гостей привлекает аутентичность, они хотят посмотреть культуру саамов, увидеть северного оленя, покататься на хаски, попробовать подлёдную рыбалку, хотя рыбачат всего по 10—15 минут, потому что быстро мёрзнут. Ещё им нравится настоящая русская баня: попариться с веником, выбежать на снег», — рассказывает руководитель компании «Ловозеро Тур» Михаил Бараковский.

Благодаря мощному турпотоку местные базы отдыха активно строились, улучшали инфраструктуру и сервис. Представители местного турбизнеса даже специально покупали дополнительную тёплую одежду и обувь, так как привыкли, что гости из КНР часто считают, что варежки за Полярным кругом им не понадобятся.

С закрытием границ доходы местного турбизнеса упали на 80%, сейчас многие базы не заполнены и наполовину. «Российский турист всё-таки больше экономит, меньше тратит. И ездит не так активно, не такими большими группами», — отмечает руководитель базы отдыха «У Сейдозера» (село Ловозеро, Мурманская область) Юрий Будович.

Вместе с тем для работников музеев Санкт-Петербурга резкий спад турпотока стал возможностью перевести дух.

«В 07:00, когда открывался парк, заходили туристы с водой, едой, фантики-обёртки, естественно, на землю (кидали. — RT) и рассаживались перед фасадом. Кто на скамейках, кто куда. Кассы начинали работать в полдень, к тому моменту уже выстраивалась огромная очередь. Начиналось бурное выяснение — с руганью, а то и c кулаками, — какая группа идёт первой», — вспоминает лето 2019 года начальник службы по приёму и обслуживанию посетителей Государственного музея-заповедника «Царское Cело» Ольга Клакоцкая.

Сотрудники музея тогда работали по 13 часов: утром — группы с круизов, вечером — культурные программы, закрывались почти в полночь. В день Царское Cело принимало 9—10 тыс. человек, и всё равно оставались люди, которые стояли часами, но так и не попадали во дворец.

«Наш монобренд, Янтарная комната, всегда привлекал огромное количество посетителей, особенно в последние годы — туристов из КНР, для которых янтарь — волшебный камень. Про толпы в Екатерининском дворце наслышаны, наверное, все», — продолжает Клакоцкая.

«МГУ — дворец Петра Первого»

Очереди — наименьшее из неудобств, с которым столкнулись россияне при приёме гостей из КНР. Все собеседники RT упоминают о неряшливости китайских туристов и их привычке мусорить. Хотя сами туристы поступают так исключительно из благородных соображений: чем больше мусора они оставят, тем у уборщика будет больше работы, а значит, и денег. Раздражающую многих привычку гостей из КНР плеваться китаисты объясняют особенностями языка, требующими регулярной прочистки горла.

Собеседники RT подчёркивают, что чем чётче сформулированы правила, тем проще работать с китайской стороной. Прописывать надо самые, казалось бы, очевидные вещи: что не стоит курить в номере, вытирать ноги о дверной косяк, «кошки» надо снимать при входе в помещение, а двери в российской глубинке не автоматические и зимой их следует закрывать за собой.

«Мы работали только с теми, кто подписывал договор, где перечислялись все детали: нельзя пить, материться, воздух портить, кричать, драться, наносить вред имуществу. Нарушил — плати большой штраф», — рассказывает Александр, бывший директор туркомпании, возившей туристов из КНР.

Поведение туристов из КНР часто зависит от уровня тура, подчёркивает Елена Бреус — член правления Ассоциации гидов-переводчиков, экскурсоводов и турменеджеров. «В дешёвых (они же зачастую нелегальные) турах часто бесплатные музеи, где туалетов может не быть, рестораны, где санитарные условия оставляют желать лучшего, а гид сам не в курсе, где общественные уборные. На этой почве могло возникнуть недопонимание вроде того, чтобы пописать на памятник», — говорит она.

Это не единственная претензия российских гидов к некоторым китайским коллегам, продолжает Елена Бреус: «Когда я проводила экскурсию в Благовещенском соборе, то встретила нелегальную группу, в которой мужчина-гид из КНР показал рукой на икону и сказал: «Это Троица. Троица в России — это Иисус, Мария и голубь».

«У нас работали только русские гиды, потому что китайские гиды — беда. Я один раз взял такого, послушал — а он говорит, что МГУ построил Пётр Первый, это его дворец», — добавляет бывший директор турфирмы Александр.

Запись на сеанс

До пандемии в Янтарной комнате было не протолкнуться, сейчас посетители свободно разглядывают уникальные панно. В других залах и вовсе пустынно, слышен только звук шагов очередной группы, приглушённый бахилами, по старинному паркету. Дело не только в закрытых границах и отсутствии гостей из-за рубежа (недостатка в посетителях музей никогда не испытывал), но и в оптимизации туристических потоков.

Ввести новую схему музей вынудила не пандемия, а «огромная посещаемость, безумные очереди и все последние скандалы». «Была идея выделить отдельные дни для туристов из Китая, но мы решили от неё отказаться. Теперь все туристы: и групповые, и индивидуальные — идут по определённому графику. Билет на конкретное время надо покупать заранее, причём он именной, чтобы его не перепродали по завышенной цене. Кроме того, сделали разбивку по билетам: 50% предназначены для россиян, 50% — для иностранцев. Если иностранных туристов нет, то часть их билетов также могут купить россияне», — перечисляет Ольга Клакоцкая.

  • © RT / Анна Семенова

Также в музее разработали дополнительные маршруты, популяризируют другие уникальные объекты, конкурирующие с Янтарной комнатой, внедрили автоматические экскурсии на 18 языках. «Такая вещь используется, если, например, к нам придёт группа тех же китайцев (мы их называем «восточные гости») и с ними нет гида-переводчика, который имеет право проводить экскурсии в Царском Селе. Тогда с ними идёт сопровождающий, который использует оборудование для прослушивания экскурсии на родном для туристов языке. Получается, они под присмотром, не сядут на огороженный леером экспонат (такие случаи бывали) и будут слушать правдивые вещи о Екатерининском дворце», — рассказывает начальник службы по приёму и обслуживанию посетителей музея-заповедника.

Ещё одно место, которое обязательно посещали китайские туристы, — Петергоф. За пиковый 2019 год музей-заповедник принял более 6 млн человек, в том числе 1,2 млн из КНР.

«У китайских туристов своя специфика, — рассказывает заместитель гендиректора по культурно-просветительской работы Государственного музея-заповедника «Петергоф» Роман Ковриков. — Как правило, это организованные группы, которые решают посетить музей, уже когда приехали в Россию, что вносит некоторую сумятицу. Группы закрытые, у них свои турлидеры и гиды-переводчики. Мы сделали страничку с информацией в WeChat и организовали для гидов обучение, потому что было страшно слышать, что они говорят: и Пётр Первый с Екатериной Второй были у них супругами — вот их спальня, и Ленин тут якобы жил».

По словам Коврикова, некоторые недобросовестные гиды заводили китайских туристов в верхний бесплатный парк, объявляли, что это и есть весь Петергоф, и взимали за это плату.

По его словам, были и другие неприятные инциденты: «Пару раз заставали китайцев за отправлением их «некультурных надобностей» в музее, но вызов полиции достаточно быстро всё решал. В Большом дворце было два случая вандализма: один плюнул на музейную вещь, второй кинул салфетку. Но мы ввели в договор большие штрафы для туркомпаний, и подобные случаи прекратились».

«Год без туристов для нас был необычным и шокирующим опытом, — продолжает Коврников. — Со времён войны музеи не останавливали свою работу на такое продолжительное время. При этом Петергоф всё равно должен был функционировать, мы не можем поставить растения на паузу».

Как и в Царском Селе, в Петергофе использовали вынужденный перерыв, чтобы оптимизировать систему работы. Например, тут тоже ввели онлайн-продажу билетов на определённое время, спланировали маршруты, чтобы потоки посетителей минимально пересекались, снабдили гидов микрофонами, потому что из-за маски речь звучала приглушённо. Кроме того, был создан механизм, отслеживающий контакты заболевшего коронавирусной инфекцией посетителя.

«Конечно, мы потерпели значительный ущерб, учитывая, что 60% финансирования музея идёт из внебюджетных источников, у нас проводятся реставрационные работы, огромная территория, штат. Но нас поддержало государство, и это помогло нам продержаться», — добавляет Роман Ковриков.

Панды и пандемия

Исчезновение иностранных туристов заметно сказалось и на сувенирных магазинах. Некоторые из них пытаются выжить, снизив цены, другие меняют ассортимент, чтобы соответствовать актуальным запросам. Судя по витринам, очевиден курс прошлых лет на китайского потребителя был: «яйца фаберже» и матрёшки соседствуют с разнообразными пандами — от инкрустированных стразами до изображённых на янтарных панно. Сотрудники признаются, что скучают по китайским туристам, которые могли обеспечить за один визит до половины месячной выручки.

  • © RT / Анна Семенова

«Магазины с момента закрытия границ по выручке сильно просели, у большинства витрины вообще не обновлялись, — объясняет директор суздальского магазина «Народные промыслы» Александр Шерышов. — Туристы из КНР охотно брали матрёшки, хохлому, лён, гжель могли покупать целыми сервизами. Мы всё удивлялись — ведь они сами из страны фарфора».

По словам Шерышова, китайские туристы приносили в среднем 15% от всего дохода, но сильно спасали в «мёртвые месяцы» — с сентября по ноябрь, когда остальных посетителей было мало: «Бывало, что половина группы покупала по сервизу, а уж матрёшка за 6 тыс. рублей для них вообще недорого».

Российские туристы не смогли компенсировать отсутствие китайских, говорит директор «Народных промыслов»: «Даже в январе — счастливом месяце, как мы его называем, — выручка упала в два раза. Думаю, что в магазинах, куда целенаправленно завозили туристические группы, разница ещё заметнее. Кто-то из коллег начал продавать товары, направленные на россиян, но соотечественники не очень охотно покупают сувениры, их больше интересуют еда и отдых».

Система «всё для своих»

Одно из главных отличий въездного туризма из КНР от аналогичного туризма из других стран — то, что это достаточно закрытая система. «Китайская фирма не будет работать, если над ними не китаец. Иностранец-босс приводит китайских работников в смятение», — поясняет Елена Бреус.

Представители российской индустрии гостеприимства рассказывают, что граждане Китая зачастую выступают как посредники или собственники соответствующих объектов инфраструктуры — от отелей до ресторанов. По словам председателя совета Ассоциации владельцев маломерных судов Санкт-Петербурга Александра Камелина, бизнесмены из КНР собирались даже завести собственное судно, чтобы возить по рекам и каналам города только китайские группы, и только пандемия помешала им осуществить эту задумку.

«Как правило, деньги из Китая даже не выводятся, всё идёт по кругу: свои гиды, свои автобусы, свои магазины, рестораны. Причём их гид в два раза дешевле, в ресторане (конечно, специализированном, в одной популярной гостинице) китайцу пообедать — 500 рублей, россиянину — 2 тыс. В Измайловском кремле или на площади трёх вокзалов тоже есть рестораны для своих. Туда тебя не пустят, даже если ты российский гид и ведёшь туда китайских туристов», — вспоминает бывший директор туркомпании Александр.

Вице-президент Федерации рестораторов и отельеров России Леонид Гарбар объясняет это так: «Китайцы хотят есть то, к чему они привыкли. И когда вы встречаете группу туристов, у каждого из них в руке термос с чаем, выходят они из какого-то китайского заведения. А так как они все законопослушные, то если партия сказала есть у своих, народ ответил: «Будем есть у своих».

С другой стороны, рестораны, не специализирующиеся на больших группах из КНР, и сами не рвались осваивать этот сегмент, продолжает вице-президент ФРИО: «После любой китайской группы нередко нужно отмывать ресторан, менять скатерти, туалеты дезинфицировать полностью. А приняв даже от безысходности две-три группы китайских туристов в месяц, всех остальных посетителей из ресторана ты отпугнешь напрочь».

При этом снижение дохода ресторанов вызвано отсутствием не столько китайских туристов, сколько иностранных гостей вообще, добавляет Гарбар: «Как правило, внутренний турист менее платёжеспособен, чем зарубежный».

По мнению ряда участников туристической сферы, большую и пока не решённую проблему представляет демпинг с китайской стороны, который только усилится с открытием границ. «Говорят, якобы был такой случай в 2018 году: китайская компания закупила 50 автобусов и начала демпинговать. Если у нас один автобус стоил около 2 тыс. рублей в час, то у них — 900. И вот местные собрались и подожгли один из автобусов. Но китайцы не обратились в полицию, а заказали ещё 100 автобусов. Им проще привезти своё», — говорит Александр.

«Тихие, спокойные зайки»

«На китайском туризме я сидела, как на игле. Потому что я всегда чувствовала, как будто группа — это моя большая семья, а я её часть. Это подкупает, — рассказывает Елена Бреус. — Я сопровождала до четырёх групп в месяц. Возила в Москву на два дня, в Суздаль, во Владимир, потом они ехали в Питер, и там их уже встречали мои коллеги. Туристы ходили в Третьяковку, в Кремль, в Оружейную палату, в храм Христа Спасителя. Во Владимире и Суздале поездки были больше природного характера, ну и достопримечательности, например Музей деревянного зодчества, Кремль. В Суздале очень красивый ландшафт, поэтому давали туристам много свободного времени на создание фотошедевров».

Также, по отзывам участников местного туристического рынка, гости из КНР считают Суздаль неким местом силы.

«Когда они видят такое скопление храмов, то держатся за их стены, считают, что как бы подпитываются энергетикой культовых сооружений, пусть и не своей религии», — говорит руководитель отдела продаж гостиничного комплекса «Пушкарская слобода» Рагнар Загреднюк.

Туристы из Китая составляли примерно 70% всех иностранных гостей в Суздале, но по сравнению с россиянами были в меньшинстве. По словам главы администрации города Сергея Сахарова, в среднем в год Суздаль посещали 1,3 млн человек, из них только 80 тыс. — не граждане РФ.

  • © RT / Арина Сладкова

«Эффект от закрытия границ мы заметили, но это касается туристов, которые селились в дорогих отелях и тратили много денег. Гости из Китая, как правило, селились в недорогих отелях или приезжали в Суздаль одним днём, а жили в Москве. Брали с собой сухпайки, фотографировали памятники ЮНЕСКО и уезжали. То есть доходов от таких туристов никакого, даже скорее ущерб — вытаптывают газоны, ставят машины, где хотят, это требует более частой замены асфальтового покрытия», — добавляет он.

При этом с 1 июня прошлого года в Суздале резко увеличился внутренний турпоток, что позволило заменить китайских туристов российскими, сообщил Загреднюк. «Хотя, конечно, хотелось бы видеть в городе и иностранцев — это создаёт определённый колорит. Такие места, как Суздаль — это «мягкая сила», которая продвигает интересы государства не военным путём, а путём культуры. И отношение к России в целом таким образом формируется позитивное», — считает он.

Незначительно пострадали от закрытия границ и на Кавказе. По словам гендиректора турфирмы «Ладья» Владислава Тимошенко, в этом регионе китайских туристов было значительно меньше, чем в двух столицах или Сочи, — порядка 20% всех иностранцев.

«Их больше всего интересовали не классические экскурсии, а фототуры по красивым местам, какие-то нестандартные вещи вроде мастер-класса по кавказской кухне, обучения лезгинке. Лечение на курортах их интересовало в меньшей степени, кроме того, в ряде санаториев просто отказывались работать с китайскими группами, потому что потом приходится восстанавливать номерной фонд, что-то чинить, делать химчистку, всё это обходится достаточно дорого», — объясняет он.

При этом, по словам Тимошенко, потери местного турбизнеса восполнили российские туристы: «Рост спроса был значительный — ещё в апреле начинали продаваться путёвки на август. Причём я говорю не о санаториях, а об экскурсионных маршрутах, трекинге.

О рекордном внутреннем потоке за последние пять лет сообщает и гендиректор отеля Baikal View на Ольхоне Марина Улаханова: «То, что мы выжили в первом локдауне — заслуга и помощь туристов-соотечественников. Мы поменяли формат: загородный отель, семейный отдых, наняли аниматоров, купили надувные лодки».

Местный турбизнес понимает, что вряд ли увидит такой же поток туристов из-за границы, что и раньше, признаётся Улаханова. «Мы прошли многое — китайские туристы и какали, и писали, где нельзя. Но мы всё равно по ним скучаем. Когда отель полон нашими соотечественниками — они очень требовательные, но и чаевые дают хорошо, хотя широта души порой зависит от выпитого алкоголя. С ними весело, креативно, подвижно. А китайцы — тихие спокойные зайки, мы всегда знаем, во сколько и что они будут кушать, — сравнивает она гостей. — Если уравновесить одних туристов другими, то нам будет хорошо».

Выдача аттестатов

Переориентироваться на внутренний туризм пытаются и на Дальнем Востоке. Китайцы ездили туда за уникальной природой и чистым морем, доступными морепродуктами, европейской архитектурой и культурой, а также шопингом. Рост туристического потока из Азии, наблюдавшийся в годы до пандемии COVID-19, вызвал развитие предпринимательских инициатив: в частности, во Владивостоке открылись новые гостиницы и хостелы, транспортные компании обновили автопарк, запускались проекты в сфере гастрономии. «Когда мы фактически лишились этого потока в 2020 году, многие предпринимательские инициативы оказались заморожены или даже свёрнуты», — рассказывает и. о. мэра Владивостока Константин Шестаков.

«Около 90% клиентов нашей турфирмы и где-то 50% посетителей музея были из КНР, мы работали с ними более 20 лет, — говорит руководитель агентства международного и внутреннего туризма Katyusha и директор Музея трепанга во Владивостоке Дмитрий Павлов. — Сейчас все наши сотрудники — 20 гидов, четыре менеджера и бухгалтера — нашли другую работу. Офис турфирмы закрыли, она переехала в помещение музея. Постарались переориентироваться на внутренний туризм, но так как соответствующего опыта и наработанной базы не было, пришлось непросто. Тем не менее мы не унываем, надеемся, что сможем освоить и это направление».

По словам Павлова, в Приморском крае, в отличие от многих других регионов, туристическая инфраструктура, ориентированная на гостей из КНР, приносит доход не их соотечественникам, а россиянам.

«Группы ходят с российскими гидами, гостиниц, которыми владеют китайские граждане, — максимум 5%. Вознаграждение за то, что группу привели в определённый магазин, может получать только российский гид. Все турфирмы региона сплотились и сказали, что не допустят демпинга: пусть играют по нашим правилам», — отмечает он.

Избежать кризисных ситуаций при наличии огромного потока туристов из КНР удалось ещё и потому, что регион в 2018—2019 году первым в России ввёл добровольную аттестацию для гидов. Обязательная аттестация для экскурсоводов, которыми смогут быть только граждане РФ, вводится с 1 июля 2022 года. Игроки местного туристического рынка одобряют такое изменение федерального законодательства.

Отдыхающие на набережной в Ялте «В Сочи сейчас аншлаг»: как российские курорты справляются с уникальным наплывом туристов в майские праздники

«Да, китайские турфирмы, наверное, смогут найти лазейку, например наймут какого-нибудь студента, но он всё равно должен будет сдать тест на знание языка и по краеведению, а требования там неслабые, — считает Дмитрий Павлов. — Но вообще китайцы законопослушные люди: если существует чёткий регламент со стороны российских властей и сильный бизнес, то туда никто и не полезет со стороны. Попробуйте со своим самоваром в Китай приехать и сказать, что сейчас вы будете российских туристов возить. Вот и у нас надо сделать так же. Главное, чтобы турфирмы, гиды и власть работали вместе».

Однако многое зависит от того, как будет контролироваться выполнение нового закона, подчёркивает Рим Исмагилов, бывший гендиректор компании «Русский визит» (закрылась в связи с остановкой турпотока из Китая). И гиды, и сам Исмагилов переквалифицировались и сейчас занимаются консультациями, переводами или преподают язык.

«Строго говоря, китайский гид ничего не нарушает — он грабит своих же, продавая им билет не за 1 тыс., а за 5 тыс. рублей. А богатые люди и 20 тыс. готовы отдать, чтобы только Янтарную комнату увидеть, — объясняет он. — Нужно, чтобы штрафы для них были большими и применялись к каждому нарушителю».

Восход китайского туризма: как и куда едут китайцы и что это значит для остального мира

В начале 2000-х граждане Китая совершали только 10,5 миллиона путешествий. К 2017 году число таких путешествий выросло до 145 миллионов — на невероятные 1 380 %!

Меньше чем за 20 лет рынок международного туризма Китая достиг наивысших позиций в мире, опередив даже США. По данным Всемирной туристской организации, за 2016 год китайские туристы потратили в других странах 261,1 миллиарда долларов; в 2000 году эта сумма составляла около 10 миллиардов долларов. По предварительным данным, в 2017 году их траты составили около 300 миллиардов долларов. Американские же туристы в 2016 году потратили относительно небольшие 123,6 миллиарда долларов.

Примечательно, что активно путешествуют только 7 % китайцев — 99 миллионов человек. Для сравнения: доля таких граждан среди населения США составляет 40 %, а в Великобритании — 76 %. Таким образом, потенциал для роста туристического рынка Китая при населении в 1,4 миллиарда поражает. Институт исследований международного туризма в Китае прогнозирует, что к 2030 году путешествовать будут более 400 миллионов китайцев.

По версии института, это означает, что из 600 миллионов путешествий, которые к 2030 году добавятся к нынешнему количеству (сейчас путешествуют 1,2 миллиарда человек, через 12 лет их число вырастет до 1,8 миллиарда) почти половину будут совершать китайцы. Китайский рынок международного туризма будет составлять почти четверть мирового.

Неудивительно, что уже сейчас туристические ведомства различных стран стараются привлечь растущую армию китайских туристов. К примеру, рекламная кампания сайта Visit Britain стартовала еще в 2014 году. Туроператоров, отели и руководство достопримечательностей обязали предоставить информацию на кантонском или мандаринском диалектах, а также адаптировать продукцию под китайский рынок и культуру.

Куда едут китайские туристы?

Число 145 миллионов заграничных поездок может ввести в заблуждение: при подсчетах учитывались специальные административные районы Китая — Гонконг и Макао, а также остров Тайвань, который государство считает своей территорией. В 2017 году эти регионы посетили 69,5 миллиона туристов.

Внутренний туризм также очень популярен среди китайцев. Масса туристов едет в Пекин и Шанхай. Из-за наплыва гостей по выходным там даже перекрывают движение автомобилей по главным улицам. По словам эксперта Telegraph Travel Салли Пекк, которая в прошлом жила в Китае, популярны также направления, связанные с новейшей историей страны. К примеру, многие посещают плотину «Три ущелья» в бедном промышленном регионе Китая. Молодые туристы, которые ищут острых ощущений, едут в горную провинцию Юньнань, которая граничит с Мьянмой, Лаосом и Вьетнамом и является одним из самых этнически разнообразных регионов Китая.

Другие азиатские страны также получают выгоду от роста туризма среди китайцев. В десятку самых популярных направлений среди них входят Таиланд, Япония, Вьетнам, Южная Корея и Сингапур. Замыкают рейтинг США и Италия.

Рост туристической индустрии в Таиланде

1990 — 5,3 миллиона туристов ежегодно
1995 — 7 миллионов туристов ежегодно
1998 — 7,8 миллиона туристов ежегодно
2005 — 11,6 миллиона туристов ежегодно
2010 — 15,9 миллиона туристов ежегодно
2014 — 24,8 миллиона туристов ежегодно
2015 — 29,9 миллиона туристов ежегодно
2016 — 32,6 миллиона туристов ежегодно
2017 — 35,4 миллиона туристов ежегодно

Наиболее популярны такие локации, как Пхукет на юге страны и Чиангмай на севере.

С ростом популярности туризма в Китае увеличились и показатели приема путешественников в соседних странах.

Таиланд, лидер после Гонконга и Макао, в прошлом году принял 35,4 миллиона иностранных туристов — на 668 % больше, чем в 1990 году (5,3 миллиона туристов). В Японию в 2017 году приехали 28,4 миллиона туристов (на 887 % больше, чем в 1990-м — 3,2 миллиона). Во Вьетнам в 1990 году прибыли всего 250 тысяч путешественников; в 2017-м страну посетили 12,9 миллиона человек — рост составил 5 160 %! Все эти показатели были бы невозможны без китайских туристов.

Развитие аэропортов Китая

Туристическая активность китайцев спровоцировала быстрое расширение аэропортов страны. В 2017 году девять из них попали в список 50 самых загруженных аэропортов мира, а три — в первую десятку. В 2010-м эти показатели составляли, соответственно, шесть аэропортов в лонг-листе и один в десятке.

Аэропорт Гуанчжоу Байюнь, к примеру, относится к самым быстрорастущим пересадочным узлам в мире. В 2017 году он принял 65,8 миллиона пассажиров, тогда как в 2000-м — всего 12,8 миллиона.

Как выглядят и ведут себя китайские туристы?

В недавнем отчете Еврокомиссии говорится, что для китайцев «самым дорогим ресурсом является время». Они предпочитают путешествовать эффективно — не задерживаться в достопримечательностях долго. Китайские туристы в Европе больше всего интересуются ее искусством и культурой, а также небольшими городами. Они экономят на еде, жилье и транспорте, однако охотно занимаются шопингом.

По словам Салли Пекк, когда китайцы приезжают в Европу, они стараются посетить каждую из крупнейших столиц и пройтись там по магазинам. Британский бутик-городок Бистер Виллидж, почти полностью состоящий из магазинов, не менее популярен среди китайских туристов, чем Букингемский дворец.

«Китайцы предпочитают популярные достопримечательности — Биг-Бен в Лондоне или виноградники в Бордо», — отмечает Пекк. Малоизвестные места их не слишком интересуют.

Что касается внешнего вида, китайцы предпочитают бейсболки или козырьки с логотипом своего туроператора, а также неизменно носят на себе заметную фототехнику, говорит Пекк. Также, по ее словам, множество китаянок выбирают в поездки совсем неподходящую обувь. К примеру, в горах можно нередко встретить туристок на высоких каблуках.

Риски чрезмерного туризма

Такие города, как Венеция, Барселона и Дубровник, в настоящее время страдают от наплыва туристов. Эксперты опасаются, что рост китайского туризма может сделать пребывание в них и вовсе невыносимым.

Об этом писал директор Института исследований международного туризма в Китае доктор Вольфганг Георг Арльт.

«Хештег #overtourism впервые появился в Twitter в 2012 году. Однако ухудшение качества жизни в таких европейских городах, как Венеция, Барселона, Пассау, Чинкве-Терре и Дубровник, связали с чрезмерным туризмом только в последние годы. Были опубликованы сотни статей об этом явлении. Всемирная туристская организация и Всемирный совет по туризму и путешествиям провели несколько конференций, на которых обсуждался рост протестных настроений среди жителей туристических городов, которых, как они считают, лишают нормальной жизни прибывающие на круизных лайнерах и снимающие квартиры через Airbnb иностранцы. Обсуждения затрагивали и китайских туристов», — написал Арльт.

«Китайцы не только составляют проблему, но и отчасти могут быть ее решением. Да, когда китайский турист впервые оказывается в Париже, его трудно удержать от подъема на Эйфелеву башню, однако, когда они возвращаются, им уже не так интересны обязательные локации. Многие новые направления могут заинтересовать китайских путешественников, если создадут у себя достопримечательности, адаптированные под их рынок. Таким образом удастся разгрузить самые популярные туристические города».

Источник https://m.lenta.ru/articles/2016/11/29/china_down/

Источник https://russian.rt.com/russia/article/868216-kitai-turisty-pandemiya-vliyanie

Источник https://perito-burrito.com/posts/china-tourism

Leave a Comment

Ваш адрес email не будет опубликован.